Каррарский маркиз опять пригласил Микеланджело в Рокку, на воскресный обед, где его угощали традиционным каррарским пирогом, focaccia, испеченным из просеянной белой муки с яйцами, орехами и изюмом.
Маркиз стал расспрашивать Микеланджело относительно плана папы об открытии каменоломни в Пьетрасанте - эта новость уже достигла здешних мест.
Уверяю вас, синьор, - сказал Микеланджело, - никаких работ в тех горах нет и не может быть.
Потом Микеланджело получил встревожившее его письмо от Буонинсеньи: "Кардинал и папа считают, что вы пренебрегаете мрамором в Пьетрасанте.
Они уверены, что вы делаете это с целью... Папа желает, чтобы мрамор у вас был из Пьетрасанты". Никому ничего не говоря о своих намерениях, Микеланджело нанял лошадь и на заре пустился в путь, держась берега моря.
Пьетрасанта когда-то была важной оборонительной крепостью, но в отличие от каррарцев жители ее не замыкались в стенах своего города, которые они уже не рассчитывали защитить.